Студенты Литинститута о премии «Большая книга»

Что делать с душами после засолки?

В рамках семинара по современной русской литературе студенты-второкурсники Литинститута писали рецензии на произведения короткого списка премии «Большая книга».

Первый выпуск был посвящён осмыслению повести Ильи Кочергина «Запасный выход». Дальше хочу представить рецензии на книгу Веры Богдановой «Семь способов засолки душ».

Леднева Д.М.

Мерещится то ли Большая, то ли Малая медведица

«Семь способов засолки душ» — мой первый опыт знакомства с творчеством Веры Богдановой. Роман был удостоен приза «Выбор читателей» премии «Большая книга» в 2025 году.

Хочется уделить немного внимания рамочной композиции. Книга разбита на семь частей — эпизодов с интригующими названиями: «Душа первая», «Душа вторая», «Душа третья» и далее до «Души седьмой». Как только вы осилили один эпизод, «Яндекс Книги» уточняют, готовы ли вы перейти к следующему. Вот вам и небольшая доза дофамина: сделал дело — переходи смело к другой «Душе»; прямо как на стриминговой платформе, где можно отыскать множество сериалов, не ленись только переключать серии.

Главная героиня «Семи способов» Ника возвращается спустя двенадцать лет в родной Староалтайск (вымышленный маленький загнивающий городок где-то в Алтайском крае), непонятно только до конца по своей воле или желанию матери и отчима. Ещё в начале книги читателю сообщают, что девушка не раз попадала в психиатрические больницы. Мы и сами догадывается о психическом расстройстве героини, когда автор описывает ее галлюцинации или, может, мистические видения. Удачно, как мне кажется, эти сцены иллюстрирует строчка из знаменитой песни «Мумий Тролля»: «мерещится то ли большая, то ли малая медведица» — и медведица в книге действительно появляется (правда, природа ее неизвестна), а затем загадочно исчезает где-то в зимнем лесу. Кроме этого, Нике ещё являются мёртвые девушки. Позже мы поймём, что это послушницы секты «Сияние», лидером которой был отец героини Леонид Дагаев.

Будь я литературоведом и имея на руках этот текст для анализа, написала бы исследовательскую работу с каким-нибудь таким названием «Концептосфера „сияние” в романе Веры Богдановой „Семь способов засолки душ”»: уж очень напрашивается это «сияние» на изучение. Ника постоянно видит девушек, которые сияют; только в первой серии находим: «...белая кожа будет искриться, как заиндевевший лес зимой. Будет сиять».

Такому простому читателю, как я, открываются как минимум два уровня понимания художественного образа «сияния»: во-первых, роман во многом посвящён описанию одноимённой секты, во-вторых, речь идёт и о некоем «свете» или, точнее, просветлении, которое было обещано адептам, в основном, молодым женщинам, но об этом позднее. Исходя уже из этих уровней намечаются реалистическая и религиозная линии развития сюжета. К ним еще присовокупим мистическую, детективную, даже триллерную. А теперь обо всем по порядку.

Староалтайск в романе описывается в двух временных периодах — страшные девяностые и наши дни (2019 год, если быть точнее). Создаётся впечатление, что город за это время особых изменений не претерпел: всё так же существуют секты, коррумпированная местная власть живёт и здравствует, пропадают девушки, и позже находят их трупы, а староалтайская полиция упорно закрывает на это глаза. И этим, пожалуй, вымышленный город в Алтайском крае напоминает любой другой провинциальный город Скандинавии, знаменитой своими нуарными детективами, привлекающими зрителей общей мрачной атмосферой, натуралистичностью образов, подробным описанием повседневности героев и критикой красивой картинки городского благополучия. Всё это давно не ново, известно широкому зрителю ещё с прошлого века. Всё это мы в основном находим и у Веры Богдановой. Староалтайск воспринимается несколько поверхностно. Несмотря на планируемый снос старых домов в Потоке, программу реновации — ничего не меняется. Складывается впечатление, что в городе до сих пор социальным сетям предпочитают газеты, блогерам — журналистов, а существование сект и трупы самоубийц совсем не создают резонанса в интернете.

Оттуда же знаменитый мотив возвращения героя/героини в город, где он провёл детство, юность, а затем бежал после страшных событий. Но вот спустя много лет после полученной травмы, законсервированные где-то глубоко в памяти, они напоминают о себе — герой снова на прежнем месте, убийства следуют одно за другим, и кто, как не он, может раскрыть загадку и поставить наконец точку в этом запутанном деле. Обычно в таких историях преступника показывают ещё в начале сериала — он кто-то из близкого окружения главного героя, кто-то, кто знает о его слабостях, знает, куда и как побольнее надавить. Психологическая нестабильность, наркотическая зависимость, проблемы во взаимоотношениях с родителями, детьми, партнерами, пережитый опыт какого-либо насилия — вот ахиллесова пята персонажей скандинавского детектива и детектива Веры Богдановой.

 Чтобы ответить на вопрос, кто же такая Ника Дагаева, обратимся к довольно неоднозначной фигуре её отца. Леониду Дагаеву, как мы узнаём из книги, удавалось вылечить нескольких людей, он не применял физического насилия к послушницам и, кажется, действительно верил в своё предназначение — помочь людям очиститься, воссиять. При этом он не брезговал деньгами, которые ему платили последовательницы культа — женщины, «энергия которых более пластична», чем мужская, как он объяснял дочери. Послушницами секты были просто слабые девушки, страждущие любви, жалости, внимания, потому легко поддавшиеся манипуляциям «безусловной любви» «Сияния». Он, похоже, никак не пытался остановить страшные преступления, которые совершались на его глазах. В таком случае вопросы вызывают видения Ники — галлюцинации шизофреника или уникальные способности потомственного аватара общаться с Духами? Дочь шамана или дочь «сектанта, шарлатана, садиста»? Однозначного ответа мы не получим. От самой героини мы знаем только: «Отец любил маму. Отец любил лес. Отец убивал людей».

Психичка — самый очевидный ненадежный рассказчик. Ника и сама не всегда может отличить реальность от бреда. Хорошо, если на руках есть резинка, которой можно выстрелить в кожу, или камера телефона, которую можно навести на сомнительные объекты.

Фишка этой книги, пожалуй, загадки без отгадок. Неслучайно, в книге два альтернативных конца — ничего однозначного тут быть не может. Кому-то остаться с вопросами понравится, кому-то нет.

Мне это скорее не понравилось. К сожалению, название книги мне всё ещё не понятно. Конечно, читатель обратит внимание на символику семи в романе и даже как-то свяжет это с названием. Может быть, ответ кроется в мифологическом описании мироустройства, которое было поведано Нике Леонидом: «Мир Средний, по мнению отца, поделен на семь соблазнов, и худший из них — соблазн материального достатка». А «засолка» не что иное, как консервирование, «застревание» душ порочных людей в Среднем или Нижнем мире, без надежды воссиять.

Так, после прочтения двух финалов я записала на листке следующие предположения о том, кем является главная героиня романа:

Ника — шизофреничка;

Ника — дочь шамана, Оюна, которой передались его способности проникать в Нижний и Верхний мир, очищать дух человека;

Ника — медведица;

Ника — черная шаманка;

Ника — вместилище двух духов — дочери и отца.

Наверное, они все имеют право на существование.

Я, к сожалению, не увидела в книге развития героев. В конце романа только узнала, что Нику наконец-то больше не беспокоит головная боль, от которой она страдала весь роман. О причинах этого изменения остаётся снова догадываться. А ещё никого в книге мне не было по-человечески жаль, ни к кому я не успела привязаться. То ли мерещились бедные девушки-самоубийцы с сияющей кожей, то ли действительно были. Из-за фрагментарности повествования ни к кому не успеваешь прикипеть душой.

Анара Ильясова,

2 курс, семинар прозы

***

Мне кажется, многочисленные загадки без отгадок, детали, которые можно толковать по-разному, всё это делает книгу захватывающей, динамичной, и потому, наверное, она и снискала любовь читателей. Однако смотрим следующую рецензию.

***

С первых строк история утягивает в дремучий лес. И ты сам начинаешь видеть медведицу и мёртвых девушек, покинувших этот мир так рано. Вместе с героиней ходишь по несуществующему городу — Староалтайску и хочешь разгадать все его тайны. Под плинтусом кто-то скребётся, а камера телефона единственное, что связывает с реальностью.

У автора мастерски получается погрузить читателей в мысли главной героини. Хотя при этом второстепенные герои остаются довольно плоскими. Истории не хватает времени раскрыться, и это бросается в глаза. Несмотря на это, мне понравилось читать. Кто-то скажет, что история до скрежета в зубах банальна и таких книг десятки, а то и сотни. Не буду спорить, но в рецензии хочу обратить внимание на моменты, зацепившие моё внимание.

Нельзя чётко ответить на вопрос: о чём эта книга? Наверное, про девушку Нику, которая либо больна шизофренией, либо является Оюной — носительницей крови древних шаманов. Может, про секту «Сияние». Или это сказка с обилием чернухи про шамана-целителя, оказавшегося в итоге серийным убийцей.

Писательница затрагивает много тем, именно поэтому книгу интересно обсуждать, но чётких ответов она не даёт. Например, не ясно, почему книга называется «Семь способов засолки душ». Думаю, это название — способ привлечь внимание читателя. Конечно, можно притянуть за уши семь смертных грехов, но это довольно пафосно и избито. В самом начале я думала, семь — количество жертв секты «Сияние», но их было гораздо больше. В эпилоге есть момент из детства Ники. Там бабка говорит про семь испытаний на пути становления шамана. «Куда бы ни пошел кам, он встретит на пути семь пуудаков. И должен будет выкуп дать. Будут кара кумак и кара талай, но их ты не бойся. Знаешь, куда идешь, — будешь сильнее, чем те, кто заплутал».

Считаю ли я Нику шизофреничкой? Скорее да, чем нет. В тексте есть моменты проявления сверхспособностей. Она видит то, чего не может знать. Но принимать её галлюцинации за видения для меня абсурд. Приехав домой, героиня перестаёт пить «усмирительные» таблетки, вот и начинает видеть всякое. Интересный момент с именами Ники. Каждый раз незнакомцам она представляется по-разному, делаем вывод — убегает от себя. Но всё не так просто. «Они видят меня настоящую, когда я играю роль». Её прошлое клеймо на всю жизнь. Никто не будет разбираться, презирает она секты, наркоту и верит ли в шаманство. Как можно относиться к дочери основателя секты?

Ника сильно меняется на протяжении всей истории, не последнюю роль в этом играет Рома. В начале, он нянька и надзиратель, но потом проникается героиней и даже испытывает влечение к ней. Именно ему Ника изливает душу на протяжении всех глав. Я это поняла только к самому концу. Кстати, ни в одной из альтернативных концовок герои не будут вместе. Думаю, у них могло что-то получиться, но судьба распорядилась иначе.

У меня возникало ощущение, что отец Ники может быть жив. Конечно это не так. Но тогда кто отправлял сообщения Нике на почту? Кто тот ворон, который заколол её похитителя? Разные ли это люди? Или галлюцинации? Мы можем только предположить, что во всех смертях замешан отчим Ники — Китаев. Он лично знал отца Ники и играл не последнюю роль в секте.

Пару слов про «Сияние». Это не только название секты, но и особое состояние души. К нему можно прийти через ритуалы очищения. Именно к ним Догаев склонял своих послушниц. Девушки приходили «найти новую себя, не такую как все», но терялись в наркотиках и служении лидеру.

Закончу цитатой из текста: «помни: куда бы ты ни шел и что бы ни случилось — ты окажешься сильнее».

Софья Довгая,

2 курс, семинар детской литературы